Телефон:
8 (495) 256-14-
whatsapp telegram vkontakte email

Образ и характеристика Андрея Соколова — героя рассказа М. А. Шолохова «Судьба человека»

Судьба человека (сборник) Текст

Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли
Мои невыплаканные слезы, видно, на сердце высохли. Может, поэтому оно так и болит?

Мои невыплаканные слезы, видно, на сердце высохли. Может, поэтому оно так и болит?

Какие же это плечи нашим женщинам и детишкам надо было иметь, чтобы под такой тяжестью не согнуться? А вот не согнулись, выстояли!

Какие же это плечи нашим женщинам и детишкам надо было иметь, чтобы под такой тяжестью не согнуться? А вот не согнулись, выстояли!

Прошлое — вот как та дальняя степь в дымке. Утром я шел по ней, все было ясно кругом, а отшагал двадцать километров, и вот уже не отличишь лес от бурьяна, пашню от травокоса…

Прошлое — вот как та дальняя степь в дымке. Утром я шел по ней, все было ясно кругом, а отшагал двадцать километров, и вот уже не отличишь лес от бурьяна, пашню от травокоса…

Два осиротевших человека, две песчинки, заброшенные в чужие края военным ураганом невиданной силы. Что-то ждет их впереди? И хотелось бы думать, что этот русский человек, человек несгибаемой воли, выдюжит, и около отцовского плеча вырастет тот, который, повзрослев, сможет все вытерпеть, все преодолеть на своем пути, если к этому позовет его Родина.

Два осиротевших человека, две песчинки, заброшенные в чужие края военным ураганом невиданной силы. Что-то ждет их впереди? И хотелось бы думать, что этот русский человек, человек несгибаемой воли, выдюжит, и около отцовского плеча вырастет тот, который, повзрослев, сможет все вытерпеть, все преодолеть на своем пути, если к этому позовет его Родина.

Видали вы когда-нибудь глаза, словно присыпанные пеплом, наполненные такой неизбывной смертной тоской, что в них трудно смотреть? Вот такие глаза были у моего случайного собеседника.

Видали вы когда-нибудь глаза, словно присыпанные пеплом, наполненные такой неизбывной смертной тоской, что в них трудно смотреть? Вот такие глаза были у моего случайного собеседника.

Так и прожил десять лет и не заметил, как они прошли. Прошли как будто во сне. Да что десять лет! Спроси у любого пожилого человека, приметил он, как жизнь прожил? Ни черта он не приметил! Прошлое — вот как та дальняя степь в дымке. Утром я шел по ней, все было ясно кругом, а отшагал двадцать километров, и вот уже затянула степь дымка, и отсюда уже не отличишь лес от бурьяна, пашню от травокоса…

Так и прожил десять лет и не заметил, как они прошли. Прошли как будто во сне. Да что десять лет! Спроси у любого пожилого человека, приметил он, как жизнь прожил? Ни черта он не приметил! Прошлое — вот как та дальняя степь в дымке. Утром я шел по ней, все было ясно кругом, а отшагал двадцать километров, и вот уже затянула степь дымка, и отсюда уже не отличишь лес от бурьяна, пашню от травокоса…

Два осиротевших человека, две песчинки, заброшенные в чужие края военным ураганом невиданной силы… Что-то ждет их впереди?

Два осиротевших человека, две песчинки, заброшенные в чужие края военным ураганом невиданной силы… Что-то ждет их впереди?

Источник

Цитаты из книги «Судьба человека»

«Удивительное дело: днем я всегда крепко себя держу, из меня ни «оха», ни вздоха не выжмешь, а ночью проснусь, и вся моя подушка мокрая от слёз.»

«Видали вы когда-нибудь глаза, словно присыпанные пеплом, наполненные такой неизбывной смертной тоской, что в них трудно смотреть? Вот такие глаза были у моего случайного собеседника.»

«Шустрый такой парнишка, а вдруг чего-то притих, задумался и нет-нет да и взглянет на меня из-под длинных своих загнутых кверху ресниц, вздохнёт. Такая мелкая птаха, а уже научился вздыхать. Его ли это дело?»

«Со стороны глядеть — не так уж она была из себя видная, но ведь я-то не со стороны на нее глядел, а в упор.»

«Так и прожил десять лет и не заметил, как они прошли. Прошли как будто во сне. Да что десять лет! Спроси у любого пожилого человека, приметил он, как жизнь прожил? Ни черта он не приметил! Прошлое — вот как та дальняя степь в дымке. Утром я шел по ней, все было ясно кругом, а отшагал двадцать километров, и вот уже затянула степь дымка, и отсюда уже не отличишь лес от бурьяна, пашню от травокоса…»

«И хотелось бы думать, что этот русский человек, человек несгибаемой воли, выдюжит и около отцовского плеча вырастет тот, который, повзрослев, сможет все вытерпеть, все преодолеть на своем пути, если к этому позовет его Родина.»

«Нет, не только во сне плачут пожилые, поседевшие за годы войны мужчины. Плачут они и наяву. Тут главное — уметь вовремя отвернуться. Тут самое главное — не ранить сердце ребенка, чтобы он не увидел, как бежит по твоей щеке жгучая и скупая мужская слеза. »

«Ведь детская память,как летняя зарница: вспыхнет,накоротке осветит все и потухнет.»

«Одному-то и курить и помирать тошно.»

Источник

Суть: о чём рассказ?

Рассказ «Судьба человека» начинается с того, как автор во время поездки по югу послевоенной России встречается с шофёром Андреем Соколовым и маленьким мальчиком Иваном. Соколов рассказывает историю своей жизни.

Ещё до войны Соколов имел семью, жену, сына и двух дочерей, и жил простой рабочей жизнью.

В сорок первом году Соколов был призван в РККА шофёром и попал в плен, везя снаряды для артиллерийской батареи. Пройдя через концентрационный лагерь, герой бежит из плена, прихватив с собой важного немецкого офицера.

Цитаты из книги «Судьба человека (сборник)» Михаил Шолохов

Одному-то и курить, и помирать тошно.

Спать я лег вместе с ним и в первый раз за долгое время уснул спокойно. Однако ночью раза четыре вставал. Проснусь, а он у меня под мышкой приютится, как воробей под застрехой, тихонько посапывает, и до того мне становится радостно на душе, что и словами не скажешь! Норовишь не ворохнуться, чтобы не разбудить его, но все-таки не утерпишь, потихоньку встанешь, зажжешь спичку и любуешься на него…

Эти воспоминания, они приходят, не считаясь с твоим настроением, в любое время суток, как зубная боль.

Тяжко я ненавижу фашистов за все, что они причинили моей родине и мне лично, и в то же время всем сердцем люблю свой народ и не хочу, чтобы ему пришлось страдать под фашистским игом. Вот это-то и заставляет меня, да и всех нас, драться с таким ожесточением, именно эти два чувства, воплощенные в действие, и приведут к нам победу. И если любовь к родине хранится у нас в сердцах и будет храниться до тех пор, пока эти сердца бьются, то ненависть всегда мы носим на кончиках штыков.

Казалось бы, любовь и ненависть никак нельзя поставить рядышком; знаете, как это говорится: «В одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань», — а вот у нас они впряжены и здорово тянут!

Книги немецких писателей читал и любил и как-то привык с уважением относиться к немецкому народу.

Вскорости женился. Жена воспитывалась в детском доме. Сиротка. Хорошая попалась мне девка! Смирная и веселая, угодливая и умница, не мне чета. Она с детства узнала, почем фунт лиха стоит, может, это и сказалось на ее характере. Со стороны глядеть — не так уж она была из себя видная, но ведь я-то не со стороны на нее глядел, а в упор. И не было для меня красивее и желанней ее, не было на свете и не будет! Придешь с работы усталый, а иной раз и злой, как черт. Нет, на грубое слово она тебе не нагрубит в ответ. Ласковая, тихая, не знает, где тебя усадить, бьется, чтобы и при малом достатке сладкий кусок тебе сготовить. Смотришь на нее и отходишь сердцем, а спустя немного обнимешь ее, скажешь: “Прости, милая Иринка, нахамил я тебе. Понимаешь, с работой у меня нынче не заладилось”. И опять у нас мир, и у меня покой на душе. А ты знаешь, браток, что это означает для работы? Утром я встаю как встрепанный, иду на завод, и любая работа у меня в руках кипит и спорится! Вот что это означает — иметь умную жену-подругу. Приходилось кое-когда после получки и выпивать с товарищами. Кое-когда бывало и так, что идешь домой и такие кренделя ногами выписываешь, что со стороны, небось, глядеть страшно. Тесна тебе улица, да и шабаш, не говоря уже про переулки. Парень я был тогда здоровый и сильный, выпить мог много, а до дому всегда добирался на своих ногах. Но случалось иной раз и так, что последний перегон шел на первой скорости, то есть на четвереньках, однако же добирался. И опять же ни тебе упрека, ни крика, ни скандала. Только посмеивается моя Иринка, да и то осторожно, чтобы я спьяну не обиделся. Разует меня и шепчет: “Ложись к стенке, Андрюша, а то сонный упадешь с кровати”. Ну, я, как куль с овсом, упаду, и все поплывет перед глазами. Только слышу сквозь сон, что она по голове меня тихонько гладит рукою и шепчет что-то ласковое, жалеет, значит. Утром она меня часа за два до работы на ноги подымет, чтобы я размялся. Знает, что на похмелье я ничего есть не буду, ну, достанет огурец соленый или еще что-нибудь по легости, нальет граненый стаканчик водки. “Похмелись, Андрюша, только больше не надо, мой милый”. Да разве же можно не оправдать такого доверия? Выпью, поблагодарю ее без слов, одними глазами, поцелую и пошел на работу, как миленький. А скажи она мне, хмельному, слово поперек, крикни или обругайся, и я бы, как бог свят, и на второй день напился. Так бывает в иных семьях, где жена дура; насмотрелся я на таких шалав, знаю.Вскорости дети у нас пошли. Сначала сынишка родился, через год еще две девочки. Тут я от товарищей откололся. Всю получку домой несу, семья стала числом порядочная, не до выпивки. В выходной кружку пива выпью и на этом ставлю точку. За десять лет скопили мы немного деньжонок и перед войной поставили тебе домишко об двух комнатах, с кладовкой и коридорчиком. Ирина купила двух коз. Чего еще больше надо? Дети кашу едят с молоком, крыша над головою есть, одеты, обуты, стало быть, все в порядке. А тут вот она, война. На второй день повестка из военкомата, а на третий — пожалуйте в эшелон. Провожали меня все четверо моих: Ирина, Анатолий и дочери — Настенька и Олюшка. Все ребята держались молодцом. Ну, у дочерей — не без того, посверкивали слезинки. Анатолий только плечами передергивал, как от холода, ему к тому времени уже семнадцатый, год шел, а Ирина моя. Такой я ее за все семнадцать лет нашей совместной жизни ни разу не видал. Ночью у меня на плече и на груди рубаха от ее слез не просыхала, и утром такая же история. Пришли на вокзал, а я на нее от жалости глядеть не могу: губы от слез распухли, волосы из-под платка выбились, и глаза мутные, несмысленные, как у тронутого умом человека. Командиры объявляют посадку, а она упала мне на грудь, руки на моей шее сцепила и вся дрожит, будто подрубленное дерево. И детишки ее уговаривают, и я, — ничего не помогает! Другие женщины с мужьями, с сыновьями разговаривают, а моя прижалась ко мне, как лист к ветке, и только вся дрожит, а слова вымолвить не может. Я и говорю ей: “Возьми же себя в руки, милая моя Иринка! Скажи мне хоть слово на прощанье”. Она и говорит, и за каждым словом всхлипывает: “Родненький мой. Андрюша. не увидимся мы с тобой. больше. на этом. свете”. Тут у самого от жалости к ней сердце на части разрывается, а тут она с такими словами. Должна бы понимать, что мне тоже нелегко с ними расставаться, не к теще на блины собрался. Зло меня тут взяло! Силой я разнял ее руки и легонько толкнул в плечи. Толкнул вроде легонько, а сила-то у меня! была дурачья; она попятилась, шага три ступнула назад и опять ко мне идет мелкими шажками, руки протягивает, а я кричу ей: “Да разве же так прощаются? Что ты меня раньше времени заживо хоронишь?!” Ну, опять обнял ее, вижу, что она не в себе. До самой смерти, до последнего моего часа, помирать буду, а не прощу себе, что тогда ее оттолкнул. Оторвался я от Ирины, взял ее лицо в ладони, целую, а у нее губы как лед. С детишками попрощался, бегу к вагону, уже на ходу вскочил на подножку. Поезд взял с места тихо-тихо; проезжать мне — мимо своих. Гляжу, детишки мои осиротелые в кучку сбились, руками мне машут, хотят улыбаться, а оно не выходит. А Ирина прижала руки к груди; губы белые как мел, что-то она ими шепчет, смотрит на меня, не сморгнет, а сама вся вперед клонится, будто хочет шагнуть против сильного ветра. Такой она и в памяти мне на всю жизнь осталась: руки, прижатые к груди, белые губы и широко раскрытые глаза, полные слез. По большей части такой я ее и во сне всегда вижу. Зачем я ее тогда оттолкнул?

Источник

«Судьба человека»: аргументы, идеи, цитаты

Если вы не читали рассказ, то наверняка видели фильм «Судьба человека», который был экранизирован режиссером Сергеем Бондарчуком. История Андрея Соколова, вынужденного расстаться с семьей и отправиться на войну, трогает до глубины души.

Если вам предстоит написать сочинение по рассказу «Судьба человека», тогда стоит определиться с тематикой. Во время прочтения можно заметить, что автор затрагивает такие жизненно важные темы:

Новогодние фильмы: список лучших

«Премудрый пескарь» кратко: содержание и анализ

Такие важные темы затрагивает Михаил Шолохов. «Судьба человека», сочинение по рассказу которого будет неполным без цитат, дает возможность понять все сложности военного времени. Определившись с тематикой, вы можете подобрать подходящие цитаты. Вот они:

Мои невыплаканные слезы, видно, на сердце высохли. Может, поэтому оно так и болит?

Прошлое — вот как та дальняя степь в дымке. Утром я шел по ней, все было ясно кругом, а отшагал двадцать километров, и вот уже не отличишь лес от бурьяна, пашню от травокоса.

Детская память, как летняя зарница: вспыхнет, накоротке осветит все и потухнет.

Видали вы когда-нибудь глаза, словно присыпанные пеплом, наполненные такой неизбывной смертной тоской, что в них трудно смотреть? Вот такие глаза были у моего случайного собеседника.

«Уроки французского»: краткое содержание и анализ

Два осиротевших человека, две песчинки, заброшенные в чужие края военным ураганом невиданной силы… Что-то ждет их впереди?

Со стороны глядеть — не так уж она была из себя видная, но ведь я-то не со стороны на нее глядел, а в упор. И не было для меня красивей и желанней ее, не было на свете и не будет!

Сочинение по произведению «Судьба человека» может раскрывать не только тему войны, но и патриотизма. Однако самое главное — это сила духа русского человека, который не потерялся в пучине отчаяния. Андрей Соколов нашел в себе силы усыновить мальчика, дать возможность себе и ему радоваться жизни.

Вывод

Образ Андрея Соколова в рассказе М. А. Шолохова «Судьба человека» воплощает в себе такие грани русского характера как патриотизм, трудолюбие, добродушие, скромность, нравственная чуткость, выносливость, терпение, стремление к справедливости.

Благодаря силе духа герой рассказа с честью преодолевал тяжёлые испытания на своём жизненном пути. Судьба Соколова является обобщающим образом судьбы людей его поколения. Это проявляется в том, что биография шолоховского героя составлена из таких положений, в которых побывали многие фронтовики.

Характеристика образа Андрея Соколова, представленная в статье, может быть полезной для подготовки к уроку литературы и при написании сочинений.

«Судьба человека»: сочинение

Предлагаем вам изучить сочинение на тему «Судьба человека», за основу которого взят жизненный путь главного героя — Андрея Соколова:

Призыв к миру и необходимость верить в нравственную силу человека — вот что передает Михаил Шолохов. «Судьба человека» — талантливый рассказ, который впервые опубликован в газете «Правда» в 1957 году. На примере жизни одного человека автор передает величие и героизм нации.

Главный герой книги — Андрей Соколов. Отправившись на войну и потеряв семью, он смог выстоять. Что помогло ему не сломаться? Несомненно, любовь к Родине и жизни.

Обычный работяга Андрей Соколов работал шофером и мечтал всю жизнь трудиться на благо страны. Но война нарушила его планы. С сердечным трепетом герой вспоминает детей, дом, свою жену Ирину и их последнюю встречу. Во время расставания Андрей оттолкнул жену, о чем позже вспоминал:

«Тихий Дон»: краткое содержание и анализ произведения

«Зачем я ее тогда оттолкнул? Сердце до сих пор, как вспомню, будто тупым ножом режут».

В один миг рабочий стал солдатом, готовым защищать Родину. Оглушенный разрывом снаряда, Соколов оказался в плену. Шолохов описывает, как стойко выносили мучения и лишения русские солдаты в концлагере, и главный герой не стал исключением. Чего стоит сцена его допроса комендантом лагеря Мюллером. В тот момент Андрей мысленно готовился к смерти:

«Что-то жалко стало Иринку и детишек, а потом жаль эта утихла, и стал я собираться с духом, чтобы глянуть в дырку пистолета бесстрашно, как и подобает солдату, чтобы враги не увидали в последнюю мою минуту, что мне с жизнью расставаться все-таки трудно».

«Анна Каренина»: краткое содержание и анализ произведения

Вернувшись домой, Соколов не почувствовал облегчения. Потеряв семью и дом, узнав о гибели сына на фронте, он потерял интерес к жизни и стал выпивать. Но и это герой преодолел, продолжил работать и встретил маленького сироту Ванюшу.

Эта встреча стала наградой для обоих. Взяв Ванюшу к себе, Андрей говорил:

«Спать я лег вместе с ним и в первый раз за долгое время уснул спокойно. Однако ночью раза четыре вставал. Проснусь, а он у меня под мышкой приютился, как воробей под застрехой, тихонько посапывает, и до того мне становится радостно на душе, что и словами не скажешь».

«На дне»: краткое содержание и анализ пьесы

Писатель показал, какой огромной ценой была завоевана победа во Второй мировой войне и кто был ее настоящим героем. Образ Андрея Соколова вселяет в нас глубокую веру в нравственную силу человека.

Сочинение «Судьба человека» призвано донести до читателей тот факт, что все может выдержать храбрый и гордый человек.

«Герой нашего времени»: краткое содержание и анализ

В конце Шолохов пишет, что рядом с человеком несгибаемой воли вырастет достойный патриот своей страны, который все выдержит и не сломается. В одном из самых коротких повествований автора герой сам рассказывает о себе, вызывая особое доверие у читателя.

Понравился рассказ «Судьба человека»? Сочинение по произведению позволит передать трагизм событий военного времени. Иногда достаточно веры и любви к Родине, чтобы победить любого врага.

Уникальная подборка новостей от нашего шеф-редактора

Источник

Биография и личная жизнь

Андрей Соколов поведал рассказчику о своём жизненном пути. Сложилась его судьба непросто.

Год рождения героя рассказа — тысяча девятисотый. В Гражданскую войну он воевал в Красной армии. В 1922 году в Воронежской области, где Андрей родился, был голод, и он поехал на год на Кубань работать на кулаков. Когда вернулся, оказалось, что его родители и сестра умерли от голода. Уехал он в Воронеж и стал работать плотником, а потом слесарем на заводе, обзавелся семьёй. Жена ему попалась хорошая: умная, весёлая, тихая, ласковая. Родились у них дети — сын Анатолий и две дочки, Настя и Оля. Жену Ирину и детей он любил, заботился о них. В 1929 году Андрей стал работать шофёром, водил грузовую машину.

На второй день после начала Великой Отечественной войны Андрею пришла повестка из военкомата. Стал он военным шофёром. Воевать ему пришлось меньше года. За это время он получил два лёгких ранения: первый раз в руку, другой раз в ногу.

В мае 1942 года под Лозовеньками немцы развернули наступление, и Соколову командир автороты поручил отвезти снаряды на артиллерийскую батарею. Дальнобойный снаряд разорвался около машины Андрея, и его выбросило из кабины. Он был сильно контужен, еле встал с земли и увидел, что машина разбита, а бой идёт уже сзади него. Понял Соколов, что он в окружении, а вернее сказать, попал в плен к врагам. Пришлось ему присоединиться к колонне пленных.

Много пришлось испытать Соколову в плену лишений. Когда пленных фашисты пригнали в Польшу, Андрей совершил побег, но сыскные собаки нашли его. Немцы избили беглеца, натравили на него собак, вернули в лагерь военнопленных и посадили на месяц в карцер.

Жизнь Андрея Соколова в плену продолжалась два года. В Германии его заставляли работать на силикатном заводе, в шахте, на земляных работах. Пленных били, кормили очень плохо. В 1944 году Соколова взяли работать шофёром — возить немецкого военного инженера. Когда этого инженера послали в прифронтовую полосу, Соколов совершил побег из плена: угнал машину вместе с инженером, который находился без чувств после удара Соколова.

За то, что он доставил немецкого инженера с его портфелем, в котором были чертежи оборонительных сооружений, Соколова поблагодарил командир дивизии и обещал за этот подвиг его представить к награде.

Узнал Андрей из письма, которое прислал сосед из Воронежа, что в июне 1942 года в бомбёжке погибла жена и дочки Соколова, а сын Анатолий ушёл добровольцем на фронт. Дал полковник Соколову отпуск на месяц. Поехал Андрей в Воронеж и увидел на месте своего дома глубокую воронку.

Через три месяца прислал ему письмо сын, узнавший адрес отца от соседа. Оказалось, что Анатолий окончил артиллерийское училище и сейчас на фронте командует батареей, имеет звание капитана, шесть орденов и медали. Но не пришлось Соколову увидеть сына живым — он погиб 9 мая 1945 года от пули немецкого снайпера.

После демобилизации Соколов не захотел ехать в Воронеж, поехал он по приглашению однополчанина в Урюпинск. Стали они вместе работать шофёрами в автороте, а жил Соколов в домике у приятеля и его жены.

Часто у чайной Соколов видел маленького парнишку, грязного, нечесаного, люди давали ему там поесть. Однажды Соколов пригласил его прокатиться на машине до элеватора, куда вёз зерно. Узнал Андрей, что отец Вани погиб, а маму убило бомбой, когда она с сынишкой ехала в поезде. Мальчик не знал, откуда они ехали, и сейчас он ночует где придётся. Соколов решил его усыновить и сказал Ване, что он его отец. Мальчик закричал, что всегда знал, что папка его найдёт. Андрей накормил мальчика, выкупал его, купил одежду и обувь. Так с приёмным сынишкой преодолел Андрей Соколов своё одиночество.

В то время, когда рассказчик встретил Соколова с Ванюшкой на берегу реки, направлялись они в Кашары к бывшему сослуживцу Андрея. Соколов сказал, что не даёт ему засиживаться на одном месте тоска, часто он вспоминает свою погибшую семью. Сказал он рассказчику, что когда сынок пойдёт в школу, придётся жить на одном месте, а пока шагают они с ним по русской земле.

Ссылка на основную публикацию
Похожее